июня
10

d181d182d180На страховом поле России за годы реформ появилось много всякого сора. В необходимости тщательной прополки убеждены и аграрии, и власти.

СПК «Племенной завод имени 62-й Армии» Волгоградской области попал в беду. Вначале суховей выгнал из почвы остатки влаги, которую та накопила за зиму. Потом и небо в сухую землю не дало ни капли дождя. И яровой ячмень, и озимая пшеница сохли на корню. Осенью убирали не зерно, а солому. Убытки понесли большие. Оставалась одна надежда  — на «Царицу», так называлась страховая компания, с которой у племзавода был заключен договор на возмещение ущерба в случае наступления страхового случая. Но «Царица» повела себя не по-царски, отказавшись выплачивать деньги и попытавшись свалить вину на самих селян. Дескать, информацию о наступлении опасных природных явлений дали несвоевременно и недостоверную. А раз так, никакого возмещения ущерба не будет.

Воля ваша, что-то неладное происходит на страховом поле России. Причем, не только в агростраховании, а и в страховании вообще.

У страховщиков и страхователей интересы разнились даже в ту пору, когда в стране существовала лишь одна компания — Госстрах. Я работал в ней, знаю. Пострадавшие надеялись получить больше, компания старалась дать меньше. Причины придумывались разные. К примеру, если у бабушки в деревне волк утащил овцу или козу, она должна была предъявить рожки или ножки съеденной животины. В противном случае она оставалась без ножек, без рожек и без страхового возмещения.

В 90-е годы на рынке этих услуг, как и на рынке в целом, творилось вообще черт те что. Вспомните, как пропали наши накопительные страховые вклады или вклады на детей. Где они? В чьих карманах осели? Никто не признался, никто не ответил.

В 1993 году в Тверском регионе появилась страховая фирма «Росгосстрах-Верхневолжье», учредителем которой выступило ОАО «Росгосстрах» — на ту пору государственная организация, 100 процентов акций которой находилось в управлении Мингосимущества РФ. Вскоре фирма сменила вывеску и стала называться страховым акционерным обществом «Росгосстрах-Тверь». Это не означало развода с государством, а давало лишь статус юридического лица. С ноября 1995 года эта организация предложила клиентам новые правила игры — вкладывать  деньги под проценты выше банковских.

Пирамида рухнула, похоронив под своими обломками  деньги более 46 тысяч вкладчиков. Задолженность только по страхованию жизни, не считая имущественные и другие виды, составила более 98 миллионов новых рублей. Большинство этих денег разошлось по карманам друзей и родственников руководителей страхового акционерного общества. 20 работникам дирекции были выданы ссуды по договорам страхования жизни на общую сумму 344 миллиона 400 тысяч рублей в старой номинации. Главный бухгалтер и ее муж получили 46 миллионов рублей. Жена заместителя генерального директора — 35 миллионов. Им дозволялось взять новую ссуду, не погасив ранее полученную. Так делали жена генерального директора и муж главного бухгалтера. В течение 1996 года было получено ссуд на сумму 322 миллиона в той номинации, из них 140 миллионов ушло главному бухгалтеру ОАО «Росгосстрах-Тверь».

Мой друг, главврач одной из сельских больниц Тверской области, попал в беду. В автокатастрофе погибли его дочь и зять. Остался на попечении внук-подросток. Больше года сельский доктор пытался добиться у Северо-западной страховой компании страхового возмещения. Навел я справки. Учредителями компании оказалась некая семья. Вначале она позиционировала себя с успешным предприятием и в 2003 году даже вошла в десятку наиболее динамично развивающихся страховых компаний северо-запада. Но клиенты жаловались: здесь годами не выплачивались деньги по страховым случаям, а кому и удавалось их вырвать, то только через суд. Потом компанию лишили лицензии.

Но на этом страховом поле уже стали наводить хоть какой-то порядок. Объем выплат по полисам ОСАГО в объеме 300 миллионов рублей с обанкротившейся компании перелег на плечи Российского союза автостраховщиков (РСА). Мы написали туда письмо. «Этот сельский врач, — говорилось в нем, — всю свою жизнь помогал нам. Неужели мы не сможем помочь ему один раз?». И РСА откликнулся. На этот раз дело закончилось успешно. Доктору были выплачены все возможные страховые суммы.

Но дело-то в другом. Сколько людей своих сумм так и не дождались. И сколько в России компаний, подобных этой, которую клиенты так и называют — обувалово?

Сплошным «обуваловом» было до недавнего времени и агрострахование. На этом поле кормилось и продолжает кормиться много всякой страховой мелкоты, у которой за душой, образно говоря, пять копеек. Ну и как она выплатит убыток, допустим, в 30 миллионов рублей? А когда на одной природной территории происходят какие-то катаклизмы, и суммы страховых выплат достигают уже пятисот миллионов, миллиарда? Где страховая компания с капиталом в пять копеек возьмет миллиард? Отсюда серые схемы, откаты, договорные выплаты, когда клиенту, как той бабушке, у которой волк утащил козу, остаются рожки да ножки, а туша — страховому волку, и клиент рад получить хоть что-то, чем ничего. И не страховать он не может, не дай Бог, засуха, наводнение, саранча налетит, какая другая напасть одолеет? Ведь даже кредит под урожай будущего года банк без страховки не выдаст. Вот и страховали, надеясь на Бога да на себя, а никак не на страховую компанию. Ярчайший пример — засуха на Алтае в 2002 году, когда пострадавшим были выплачены копейки. И все об этом знали и молчали. Типа, таковы правила игры. А ведь на выплаченный компанией убыток крестьянин, по-хорошему то,  должен заново закупить ГСМ, вспомогательные материалы, семена, оплатить работу, проделанную заново. А ему выплатили сумму, на которую он может в лучшем случае купить ящик водки.

На этом поле пытались навести порядок. Была даже концепция аграрного страхования в РФ до 2020 года. Документ этот ужесточал рейтинговые и капитальные требования к страховщикам, имеющим доступ к бюджетным средствам на покрытие рисков в агростраховании. Но, как и многие документы, не заработал. Должен был появиться и такой инструмент, как агроэкспертиза, который позволил бы избежать очень многих разногласий между страхователем и страховщиком, между самими компаниями по вопросам перестрахования.

— Мы часто сталкиваемся с ситуациями, когда некие природные явления ушлые хозяйственники пытаются выдать за причину случившегося, а на деле или с севом затянули, или в поле не вовремя что-то сделали. Это тоже является распространенной схемой для незаконного получения денег, — говорят представители страховых компаний.

Бывает и наоборот. Как, например, с СПК «Племенной завод имени 62-й Армии» из Городищенского района Волгоградской области. Отсудил он все-таки у страховой компании «Царица» 2 миллиона 918 тысяч 962 рубля 30 копеек по договору сельскохозяйственного страхования с государственной поддержкой  и 4 миллиона 419 тысяч 144 рубля по договору добровольного страхования сельскохозяйственных культур и многолетних насаждений.

Значит, что-то меняется и на этой ниве?

Агрострахование, аграрное страхование, страховое поле, страховая компания, страховка, страхователь, страховщик, страховая фирма, страховой  случай.

Популярность: 27%

Оставьте комментарий

*
Спасибо за ваш комментарий.
Anti-Spam Image