Фев
24

3130259bИз Вологды пришло тревожное известие: выставлено на продажу уникальное предприятие — ОАО «Учебно-опытный государственный молочной завод» Академии им. Н.В.Верещагина, подобного которому  нет ни в России, ни в Европе.

Ладно бы продавалось предприятие убыточное, недоумевает писатель Геннадий Сазонов. Так нет же. В 2015 году оно заплатило в бюджеты разных уровней 86 млн. руб., получило 40 млн. прибыли. Это самый крупный переработчик молока в Вологодской области. У него богатейшая история. В 1911 году распоряжением императора Николая II здесь организовали молочнохозяйственный институт, а при нём -  завод, которому отводилась роль учебно-производственной базы. При советской власти на базе института создали уже Молочную  Академию, откуда вышли тысячи первоклассных специалистов. Сегодня завод обладает свидетельством № 1 на право изготовления товара «Вологодское масло», в 2015 году его выпуск составил 90 процентов от общего объема продукции.

Скушать масло вместе с заводом пытались ещё в год назад. Тогда руководство области достучалось до президента, и тот обещал не допустить уничтожения или ухудшения деятельности предприятия. Но 29 декабря 2015 года Российский Аукционный Дом (РАД) все же выставил на продажу 100 % акций завода за 1 миллиард 80 миллионов рублей, хотя стоимость только оборудования в несколько раз превышает эту сумму.

-Мы привыкли к войне, — говорит директор завода Сергей Молотков, — но и нас поразили темпы подготовки продаж. 29 декабря объявили, а уже 17 февраля — аукцион! Что за спешка?

Приватизация, представляющая собой процесс передачи государственной собственности в частные руки, как и банкротство, часто лишь форма рейдерского захвата, цель которого не оздоровление предприятия, не повышение его эффективности, а устранение конкурента, получение прибыли за счет распродажи имущества, и денег в госбюджет, которые при нынешнем уровне коррупции будут частично разворованы, а в результате регион и страна понесет убытки.

Примеров таких по стране хоть отбавляй. Кому-то удается отбиться, но чаще — нет, и предприятие сдается на милость покупателя, интересы которого большею частью не совпадают ни с интересами коллектива, ни с интересами региона и государства в целом.

Птицефабрике «Ореховская» Миллеровского района Ростовской области повезло. Хотя на рубеже веков она умирала, как и многие другие птицефабрики, свинокомплексы, племзаводы, да весь аграрный сектор страны, но нашлись умные люди, которые вывели ее из депрессии. И когда фабрика начала работать с прибылью, а люди стали получать стабильную зарплату, сюда зачастили гости с чемоданами денег. Они ездили по улицам на машинах и через громкоговорители убеждали рабочих продавать акции. Цены предлагали завидные. 22 процента их были уже на стороне, до контрольного пакета оставалось совсем немного, и скупили бы птицефабрику с потрохами, если б ее спешно не перерегистрировали из закрытого акционерного общества в «Народное предприятие».

Главное отличие народного предприятия от предприятия иной формы собственности в том, что исчезало понятие контрольного пакета. Один акционер — один голос, сколько бы акций тому ни принадлежало. Новый устав предписывал концентрацию в одних руках не более 1,5 процентов акций. И выкупить их могло только само предприятие. Это исключает всякую возможность манипуляции с акциями. Такая форма собственности пошла гулять по России с легкой руки Святослава Федорова. Вернее, продираться. Потому как у нее и сегодня много противников среди бизнесменов и чиновников на самых высоких этажах власти, умеющих от дружеских поглощений расширять свой бизнес, а от продаж народного достояния получать свою выгоду.

Нынче птицефабрика «Ореховская» питает бюджеты не только местной администрации, но районной и областной, входит в число самых эффективных сельхозпредприятий России. Сохранив за собой фабрику, как коллективную форму собственности, птицеводы сохранили и весь объем социальных гарантий, о которых поколение, выросшее за годы реформ, уже и понятия не имеет. А главное, сохранили свое будущее.

Иное дело — Гаврилов-Ямский льнокомбинат Ярославской области. Бывший флагман индустрии, градообразующее предприятие уже около 10 лет стоит. Рабочие разбежались. В обветшавших цехах догнивает оборудование. Изредка появляются какие-то люди. То ли мародеры, то ли охранники, призванные сберечь то немногое, что осталось от флагмана.

— Здесь дед и бабка мои работали, родители, я сам. И дети мои могли бы работать, — говорил мне Владимир Синицын, директор ООО «Гаврилов-Ямский льновод», одного из небольших частных предприятий, выросших на обломках развалившегося гиганта. — А ведь когда-то выпускали великолепную продукцию даже на экспорт.

В других регионах ситуация не лучше. Из семи мощных льнокомбинатов России остались по сути два — в Костроме и Вологде. Остальные продали, как Гаврилов-Ям. И Россия, производившая когда-то 70 % мирового льноволокна, скатилась в аутсайдеры.

Кстати, интересно вспомнить, что мировая слава России начиналась в Костроме, когда купцы Коншин и Кашин в связке с братьями Третьяковыми, вложив собственные средства и взяв льготные  кредиты в банке, купили у англичан современнейшие прядильные машины, а царь, понимая важность происходящего, освободил промышленников от всех налогов и податей. Вскоре Большая Костромская льняная мануфактура, перерабатывавшая в лучшие годы до 12 тысяч тонн льноволокна и вырабатывавшая до 50 миллионов квадратных метров готовых тканей, стала поставщиком императорского двора.

Спустя время здесь в собственных мастерских уже выпускались прядильные машины, не уступавшие, а порой и превосходившие английские. Создана школа подготовки кадров, учреждены именные стипендии. Из мастеровых людей выдвинулись умельцы, создавшие принципиально новое, не имеющее аналогов в мире оборудование. Некоторым из них Третьяковы назначили пожизненные пенсии и даже завещали часть своего наследства.

Это и был пример истинного государственно-частного партнерства, о котором так любят говорить нынешние власти, но которое в каждом регионе каждый чиновник сегодня понимает по-своему, в пределах личной выгоды. Как, к примеру, случай с Гврилов-Ямским льнокомбинатом.

У него, говорили мне, два хозяина. Блокирующий  пакет акций принадлежит обладминистрации, контрольный — Олегу Дерипаске. Ни власти, ни олигарх по отдельности предпринять ничего не могут, а договориться якобы не получается. Власти заявляют о намерении восстановить комбинат. Дерипаска не заявляет ничего.

— В спор двух хозяйствующих субъектов никто не имеет права вмешиваться, и мы не можем давить на одного или другого участника процесса, — объяснял руководитель департамента агропромышленного комплекса и потребительского рынка правительства Ярославской области. — Вопрос сложный. Предприятию требуются инвестиции, и собственник, приобретая его, должен, прежде всего, понимать, что от него ждут в первую очередь денежных вложений.

 — А разве это не было оговорено при продаже контрольного пакета акций?

— Нет.

— Но у собственника могут быть иные цели. Например, обесценив, выкупить комбинат полностью и продать, допустим, китайцам, которые считаются признанными мировыми лидерами в текстильной отрасли?

— Может быть, но нам бы хотелось сохранить предприятие.

Чиновник, мягко говоря, лукавил. Ситуация с льнокомбинатом развивалась по иному сценарию. Вначале, как поведал мне тот же директор ООО «Гаврилов-Ямский льновод» Владимир Синицын, контрольный пакет был продан Гута-Банку. При этом будто бы оговаривалось, что тот вкладывает 8 миллионов долларов на развитие производства. Но банк наоборот эти 8 миллионов с комбината вытащил. Друг Синицына Павел Тельнов, работавший тогда директором, написал о том губернатору. И через три недели был уволен. А вскоре и умер.

К Дерипаске комбинат перешел уже потом.

Да, третьяковых нынче днем с огнем не сыскать, а дерипасок пруд пруди. В той же Вологодской области они проявили себя полной мерой, уничтожив маслозаводы в древнем городе Белозерске, в райцентре Кадуй, в других районах. Почти все  птицефабрики  проданы «иностранным инвесторам», которые первым делом ликвидировали цеха по убою и переработке птицы, лишив вологжан возможности покупать продукты по более низким, чем в магазинах, ценам. Стёрты с лица земли крупные откормочные комплексы в селе Васильевском  под Вологдой и под череповецким селом Нелазкое. Прекратил существование свинокомплекс в Надеево — крупнейший в России производитель свинины. «Эффективный» собственник, за которым уже тянулся уголовный след, набил собственные карманы и… исчез, а 400 рабочих и специалистов оказались выброшенными за ворота предприятия.

Не такая ли судьба ждет и процветающее ныне предприятие ОАО «Учебно-опытный государственный молочной завод» Академии им. Н.В.Верещагина? Как по мне, так давно пора поставить заслон всякому вмешательству в дела таких предприятий, к какой бы форме собственности — государственной, частной или кооперативной — они не принадлежали. Чтобы отбить охоту разного рода жуликам под видом заботы о госбюджете и под предлогом экономической целесообразности блюсти свой интерес, распродавая то, что еще эффективно работает на благо России.

Популярность: 85%

Оставьте комментарий

*
Спасибо за ваш комментарий.
Anti-Spam Image