мая
19

019Чтобы отстоять право сельских ребятишек на образование,  жители станции Второво и учителя местной школы вынуждены были дойти до Кремля.

В селе Второво Владимирской области сгорела котельная местной школы. Вместе с пьяным кочегаром, по вине которого и случился пожар.

Школы во Второве горели и прежде. Жители шли в лес, валили деревья, рубили новые стены, крыли новые крыши — детей-то учить надо. В 1957 году после очередного пожара сложили кирпичное здание. Оно и стоит до сих пор на околице, глядя одними окнами в поле, другими — на село.

Но в последнее время стали гореть котельные. В это же время — ну надо ж такому выйти — почему-то стали гореть школы по всей стране, пожары начали приобретать уже не характер техногенных аварий, столько политический характер, и чиновник забоялся их, как черт ладана. Потому идея так называемой реструктуризации, а попросту закрытия сельских малокомплектных школ, была как нельзя кстати. Заменить эти школы автобусом, который бы не горел, не требовал ремонта, не был бы загружен вечно беспокойными  педагогами, который каждый день отвозил бы немногочисленных деревенских ребятишек подальше от родной деревни и родных семей, в райцентр, в интернат, на квартиры, и никакой тебе головной боли. Автобус решал не столько проблему сельских ребятишек и их родителей, сколько районных чиновников.

В село приехала комиссия из райцентра. Чиновники походили вокруг головешек, поохали, поахали, да написали акт: «Котельная сгорела полностью, восстановлению не подлежит». И уехали.

Смысл написанного дошел не сразу. Как это не подлежит? А школа? А дети? А мы? Нас-то спросили? Или как?

Учителя обратились к энергетикам: так подлежит или нет? Можно использовать котлы или нельзя? Энергетики сделали экспертизу. Бесплатно, без каких-либо условий. Оказалось, можно! Руководители крупнейших владимирских предприятий так же безвозмездно помогали погорельцам оборудованием, материалами, рабочими. Родители пустили шапку по кругу. Общими силами собрали более 20 тысяч рублей. Мужики опять поехали в лес за бревнами, опять рубили новые стены. Староста села Виктор Ионов на пару с настоятелем храма священником Константином Шиловым, у которого в этой школе учатся трое своих детишек, ставили стропила, крыли крышу. Вскоре котельная была оштукатурена и покрашена. И все — без единой бюджетной копейки.

И  когда уже заливали воду в отопительную систему, когда, казалось, отремонтированная котельная вот-вот даст тепло в застуженные классы, глава районной администрации издает поспешное и, как потом оказалось, незаконное распоряжение о сокращении штатов Второвской неполной общеобразовательной школы.

Учителя, получив уведомления об увольнении, объявили голодовку. Слух об этом через областные газеты и телевиденье вышел за пределы района. Наконец, из уст заместителя председателя областного законодательного собрания прозвучало долгожданное: «Школе — быть!».

Но негласная война между чиновниками и жителями села продолжалась. В школе появилась новая комиссия. Она сработала новый акт, согласно которому школа не может быть пущена в эксплуатацию, потому что ослабли перекрытия, провисли потолки и еще много чего. Учителя опять приглашают независимых экспертов, которые говорят, что проблема не столько в ветхости перекрытий, сколько в ветхости гражданских отношений. И еще неизвестно, как все обернулось бы, если бы в игру не вступила фигура, противостоять которой ни один ранг уже не решился. Из Москвы, от Путина, целевым назначением пришли деньги на восстановление Второвской сельской школы. Это и определило ее судьбу.

1 сентября школа начала работать с новой котельной и новым директором. Им стала учительница начальных классов и участница голодовки Татьяна Миронова. Прежнему директору Ларисе Вязеновой, откровенно вставшей на сторону районных чиновников, учителя в доверии отказали. Поменялся и глава администрации Камешковского района. Педагоги добивались увольнения и главы местной администрации Александра Тимофеева, но тот на своем месте усидел, хотя отношения свои с избирателями основательно подпортил.

Сам Александр Тимофеев говорил так:

« Я ведь, как глава сельской администрации, начал с плохого. Первое, что сделал, это закрыл больницу. Экономически просчитали — не выгодно. Стала амбулатория. Раньше бабушки зимой лягут, подлечатся. А теперь говорят, проще умереть, чем куда-то поехать. Потом стали просчитывать детский сад. Тоже было хорошее здание. 17−20 детей. А обслуживающий-то персонал не сократишь. Получалось, на 17 детей 17 человек обслуги. Не выгодно. Закрыли. Потом дом культуры чуть ли не закрывай. Да Господи, когда открывать-то будем? У меня было желание бросить все к чертовой матери. Пришел в село могильщиком. Люди потом будут говорить: «Это в то время, когда Тимофеев все развалил». В этот раз тоже учителя и родители называли меня предателем. А я радовался. У них душа болит, это хорошо. А школу теперь вряд ли кто сможет закрыть. Ее и прозвали «путинская». Это опасно».

Но учителя не разделяют оптимизма Александра Тимофеева. Министерство образования прикажет закрыть, и закроют. И никакое прозвище не поможет.

Кстати, реформа российской школы финансируются Международным банком реконструкции и развития — тем самым, который в свое время финансировал развал угольной отрасли России. Потом взялся за образование. За то, чем Россия гордилась, чем всегда отличалась от Запада. После триумфального полета Юрия Гагарина в 1961 году президент США признался: «Мы проиграли России не в технологии, мы проиграли ей в образовании». Теперь уничтожаем и это? Очередная плата за поражение в «холодной» войне?

Учителям и жителям владимирского села Второво удалось остановить паровоз чиновничьего произвола.  А жителям других сел и деревень?

Популярность: 25%

Оставьте комментарий

*
Спасибо за ваш комментарий.
Anti-Spam Image