Фев
08

21В Удмуртии только с 2002 по 2010 годы через процедуру банкротства, инициатором которой в основном выступала Федеральная налоговая служба, прошли 302 сельхозорганизации, 254 — с последующей ликвидацией. В 21 был распродан весь имущественный комплекс, потеряно 1546 рабочих мест.

— Стыдно за такую власть, которая пассивно смотрит, как нечистые на руку предприниматели фактически растаскивают вполне дееспособное хозяйство. Как вы будете смотреть в глаза работникам этого хозяйства, что скажете в свое оправдание? — стыдил своих подчиненных глава республики Александр Волков

Увы, сказать нечего не только районным или региональным властям, но и центральным.

— Можно ли помочь крестьянам, которые в результате преобразования хозяйств лишились земли и имущественного пая? Пока мы не выиграли ни один суд, — признается депутат Госдумы Геннадий Кулик. И поясняет. — Там большие деньги на кону. Причем, во многих случаях неблаговидную роль играют прокуроры. Кроме того, я не знаю ни одного случая банкротства, который бы привел к финансовому оздоровлению предприятия. Как правило, это передел собственности и захват земли. Надо делать поправки к закону о банкротстве и вернуться к закону о финансовом оздоровлении.

Неблаговидную роль играют и конкурсные управляющие. Назначаемые извне, подотчетные лишь своей вертикали, они игнорируют интересы населения и местной власти. В лучшем случае оставят на столе главы местного самоуправления телефон, по которому никто не отвечает, и адрес в виде номера абонементного ящика. Все! На практике такой управляющий скорее не реаниматор, а могильщик, конкурсное же управление откровенно цинично и проводится не в целях оздоровления, а в целях максимального выкачивания денег.

Внедряя банкротство, как систему управления экономикой, власти, как и в реформировании других сфер бытия, пытались слепо перенести на нашу почву западный механизм, не просчитывая, как это заработает. Действительно, с 1999 году резко пошла вверх динамика банкротств, в чем поначалу усматривались даже позитивные явления — ускорение перераспределения собственности от неэффективных собственников к эффективным. Но потом стало ясно, что банкротили не тех, кто лежал на боку и встать уже не мог, а тех, у кого оставались хоть какие-то активы. И захватчики были заинтересованы не в развитии бизнеса, а в выводе ликвидных активов предприятия и фактически в его ликвидации.

С приятием по инициативе Правительства РФ нового закона «О несостоятельности (банкротстве)» в 2002 году ситуация еще более усугубилась. Новый закон вместо принципа неоплатности ввел принцип неплатежеспособности. То есть будь у тебя имущества хоть на миллиард, но если ты в течение трех месяцев не отдал долг в 101 тысячу рублей, это уже является основанием для возбуждения процедуры банкротства. Сельчан, работа которых характерна сезонностью и которые до этого имели особый порядок банкротства, не допускавший преднамеренного разорения, поставили в один ряд со всеми. И сельское хозяйство попало в ловушку. Суть ее в следующем. Сезонное кредитование производится не живыми деньгами, а товарными кредитами. Товары, главным образом масла и горючее, навязываются крестьянам по ценам в 2−3 раза превышающим рыночные. После уборки урожая при гашении кредита продукцией, чиновники опять же назначают такие закупочные цены, которые не обеспечивают доходность предприятий, достаточную для погашения кредита. По этой схеме в целом по стране было обанкрочено около 10 000 хозяйств, в результате чего брошенными оказались 13 тысяч сел и поселков. Такого массового и, по сути, вредительского банкротства, как нынче в России, нет ни в США, ни в Европе, откуда мы списываем свои реформы, ни в Китае, ни в Индии.

Без коренных изменений федерального законодательства здесь не обойтись. Такие изменения предлагала Госдуме Удмуртия. Увеличить сроки погашения долгов для сельхозпредприятий, учитывая сезонность в аграрном секторе, с 3 месяцев до года, а дело о банкротстве возбуждать лишь тогда, когда его долги в совокупности составят 500 тысяч рублей, а не 100, как нынче. Включать в круг участников в деле о банкротстве орган исполнительной власти соответствующего субъекта Российской Федерации и орган местного самоуправления муниципального района. Арбитражный управляющий должен иметь стаж работы в сельском хозяйстве не менее 5 лет и не менее года — на руководящих должностях. Он обязан предоставить план временного управления в орган исполнительной власти субъекта РФ и орган местного самоуправления муниципального района, чтобы те могли дать заключение на него, которое в последующем будет рассмотрено общим собранием кредиторов. Первоочередное право покупки имущества должника должно быть закреплено за тем, кто покупает его в целом, как имущественный комплекс. В противном случае, исходя из практики, это имущество безвозвратно выбывает из производственного процесса, что оборачивается на селе безработицей.

Закон изменили, но предложения Удмуртии были отклонены.

Популярность: 27%

Оставьте комментарий

*
Спасибо за ваш комментарий.
Anti-Spam Image