июля
14

d0b8d0b7d0bed0b1d180d0b0d0b6d0b5d0bdd0b8d0b5-120821Пенсионер Владимир Скворцов восемь лет в глухой деревне строил церковь. И построил. Теперь сам удивляется, откуда силы взялись? Где столько средств нашлось?

Срубленная из дерева, церковь стоит на большаке, на краю деревни, удивляя проезжающих самим фактом своего существования. Окрест полно полуразрушенных каменных храмов, восстанавливать которые затратно, некому да и не для кого — сельское население вымылось до дна, до почти полного исчезновения. А тут вдруг купола, сработанные из нержавейки, колокольня с колоколом, венчанная позолоченным крестом.

d0b8d0b7d0bed0b1d180d0b0d0b6d0b5d0bdd0b8d0b5-12087
Внутри тоже было все убрано и готово к службе — царские врата украшены иконами, под потолком висит люстра, на полу — огромный ковер, подсвечники, паникадила, святой престол в алтаре — налицо все атрибуты для проведения обрядов и таинств. Огорожено место под свечную лавку. Трудно поверить, что все это создано волею одного человека. Не богача, не бандита, наворовавшего миллионы и теперь замаливающего свои грехи, — инвалида, пенсионера, живущего к тому же в другой деревне, в десятке километрах от Боровского.
Свою жизнь Владимир делит надвое: до и после инфаркта.
До инфаркта он жил и работал в Пушкине под Питером, а после решил, что делать в городе уже нечего, хочешь жить — езжай на природу. Купили с женой маленькую избушку в деревне Новая Выставка, затерянной посреди лесов и болот Верхневолжья. Тогда и лег его глаз на разваливающийся клуб в деревне Боровское, бывшей центральной усадьбе бывшего же колхоза. И возникла мысль поставить на его месте церковь. Ему говорили: — Володя, денег надо много. — А у меня на книжке ни копейки. Но церковь нужна. Люди в 50−60−70 лет помирают некрещеными, разве дело? Главное, начать, а мир поможет.
Мир помог. Кто за плату, кто за так валили лес, пилили из него доски, рубили, строгали, строили. И жертвовали на храм свои трудовые копейки. — У меня в журнале все записано, кто и сколько дал. Я потом эти фамилии в храме вывешу. Так вот, по этим записям пожертвований набирается тысяч на 40. А вложено-то в десятки раз больше. Откуда что взялось, не скажу, не знаю. Но и сами мы со старухой жили в ту пору на одну пенсию, вторую тратили на храм. На рынок везли молоко и масло от своей коровы. Подкоплю денег, что-то сделаю, потом опять коплю.
Бескорыстно помогали единицы. Вместе с ними Владимир строил колокольню, поднимал колокол. Из Питера привез латунь и сделал паникадила. Двухметровый крест отливали в Конакове, золотили в Питере, оттуда в плацкартном вагоне и на рейсовом автобусе вез его в деревню. Алтарные иконы тоже писали в Питере. Крышу железом крыл сам. «245 листов ушло, не знаю, откуда только и деньги взялись».
Лет восемь строил. Когда мы впервые встретились с ним, оставалось совсем немного — провести межевание да получить регистрацию на землю. Без этого церковь нельзя зарегистрировать. А уж потом можно и службы проводить.
Ему говорили: — Зачем? Все равно народу не будет? — Когда в Пушкине под Питером восстановили Софийский собор, тоже вначале единицы ходили, а потом — полный храм набирался, — отвечал на это пенсионер. — В соседнем районе 17 церквей, а у нас на весь район одна.
Но в последнее время все чаще и чаще стал сомневаться. Вот он возле храма построил даже дом для священника, сарай (а ну как священник кур пожелает завести), баню, дровяник, даже кубов тридцать дров заготовил и сложил в сарай. Воздух свежий, места грибные, ягодные. Приезжай, батюшка, живи, служи службы, исполняй требы. Но никто не ехал. Уж к кому только Владимир не обращался. Священники в лучшем случае говорят, мол, ты собери народ, а службу отслужим. А как собрать? У Скворцова из транспорта только велосипед.
Говорю: — Володя, а как священник поедет сюда жить, когда людей-то в округе почти не осталось? Он даже на прокорм себе не заработает, не говоря уже о поддержании храма.
Владимир умом соглашается, а сердцем — нет. Не зря он работал здесь восемь лет, нередко в последнем себе и старухе своей отказывал, все на храм, на храм. Будет здесь служба. Будет народ молиться. На верном месте выстроен храм.
Много тому примет. Однажды в пасхальную неделю ребятишки жгли сухую траву и спалили полдеревни. Огонь остановился в полутора метрах от храма. И дома тех людей, которые бескорыстно-то помогали строить церковь, пощадил. Это ли не чудо?
Потом Володя то ли сам придумал красивую легенду, то ли приснилась она ему, будто бы лет через 20−30 на этом месте откроются святые источники, и какой-то важный чин, омывшись в них, исцелится от неизлечимой болезни, после чего пожертвует большие деньги, и будет на этом месте стоять каменный храм.
А Володя все ждал священника. И дождался, наконец. Вот уже года два в выстроенном им храме перед большими церковными праздниками ведется богослужение.
В последнее время всюду строятся храмы, причем, чаще не самою церковью, а властью, бизнесменами, простыми людьми. Это что — дань моде или форма покаяния?
Каждый случай особый, говорят сами священники. Один неправедно нажил свои капиталы, ограбил людей, и таким образом пытается замолить грехи. Другой неправедно пришел к власти. Другие в силу иных причин, ведомых, может быть, только Богу.
А храм в деревне Боровское все-таки заставляет задуматься о вечном, подняться хоть на миг над суетным и преходящим. Пусть даже в нем пока редко пахнет ладаном.

храм, церковь

Популярность: 23%

Оставьте комментарий

*
Спасибо за ваш комментарий.
Anti-Spam Image