Фев
05

12Уже давно прозвучала мысль, что многие малые города не жизнеспособны в силу их низкой конкурентоспособности по сравнению с мегаполисами, и в ближайшие 20 лет их покинут почти 20 миллионов жителей, а все население сосредоточится вокруг двух-трех десятков агломераций с населением миллион и более человек. Называется это так — ускоренное сжатие обжитого пространства.

По ней выходит, что вымирание провинции не опасность, и наступление «дикого поля» на обжитое пространство — не угроза. Это лишь одно из условий дальнейшего развития страны. В словаре этих стратегов появились даже такие дикие, на взгляд нормального человека, термины, как «пятнистая Россия» и «пустилище пространства». Причем, расти будут только шесть городских агромераций: Московская, Петербургская, Новосибирская, Нижегородская, Екатеринбургская и Самара-Тольятти — в основном европейская часть России.

Ситуация более чем реальная. К примеру, власти одного из городов Тверской области пришли к выводу, что через 25 лет их города не станет. Причем, не потребуется никакого принудительного его закрытия, а на переселение жителей даже не надо будет тратить средства из федерального бюджета. Город исчезнет сам, как мираж в пустыне. Молодежь уедет искать лучшей доли в иные места, а старики вымрут. На месте старинного города останутся лишь обезлюдевшие улицы с нежилыми домами, разрушенной инфраструктурой и зарастающими травой дорогами. И чтобы заново колонизовать эту территорию, в будущем понадобится неизмеримо больше времени, сил и средств, нежели теперь. И таких городов в России не счесть. Власти не могут повлиять на ситуацию в силу низкого профессионализма, а главным образом, из-за нищеты.

Но создание дикого поля и является, судя по всему, стратегической задачей в построении новой России. По прогнозам больше половины всего населения страны к 2025 году будут вращаться на орбитах крупных городов. Ученые утверждают, что процесс этот объективный. Уже более 31 процента россиян живет сегодня в таких мегаполисах. Еще треть — в селах, поселках и малых городах.

«За период между переписями населения 2002 и 2010 годов с карты страны исчезло 8,5 тысячи сел, а число необитаемых сельских населённых пунктов возросло с 13,1 до 19,4 тысячи. В настоящее время каждое третье село насчитывает менее 10 жителей. В местах, где существуют эти поселения, сельскохозяйственная функция уже практически невозможна, — говорит профессор, доктор географических наук, директор региональной программы Независимого института социальной политики Наталья Зубаревич. — И региональная политика, какой бы она не была, играет лишь второстепенную роль. Да, можно смягчить негативные тренды, но переменить их нельзя: агломерации будут стягиваться, остальное пространство — пустеть».

То, что идея эта уже входит в практическую плоскость, говорят следующие факты. Иркутские власти уже заявили о намерении вернуться к идее агломерации «Большой Иркутск», в состав которого войдут Ангарск, Шелехов и другие поселения. Обсуждался проект «Агломерация Челябинск-Екатеринбург». Глава Красноярска озвучил идею создания «Большого Красноярска», в который будут включены все населенные пункты в радиусе 100−150 километров.

Москва первой расширила свои границы.

За рубежом такие же процессы организованы иначе. Муниципалитеты контролируют их сами. В агломерации Нью-Йорка между собой договариваются более 2000 муниципальных образований, причем каждая на своей территории сохраняет широкий набор независимых функций. Во Франции шестнадцать агломераций управляют своей территорией независимо друг от друга, однако обязаны создать еще один — надмуниципальный уровень управления и передать туда общие полномочия по развитию этих агломераций. Закон о государственно-муниципальном управлении Большого Парижа предполагает, что на одной территории делятся функции между органами муниципального управления и органами государственного управления. В канадскую договорную систему агломерации входят все муниципалитеты на прозрачных и конкретных контрактах: фиксируется, кто что вносит и кто что получает от такого сотрудничества. Такая система возникла после того, как разоренный муниципалитетами Торонто двадцать лет назад стремительно опустился с 1 на 17 место среди городов Канады по качеству жизни.

В России же пока все делается без привлечения общественности, привычными административными методами, силами чиновников. И если приложить нынешний план переустройства страны, как его полагают чиновники, то многое становится понятным.

Массовое закрытие школ, больниц, укрупнение не только сельских поселений, но и муниципальных образований, вывод из райцентров без их согласия жизненно важных подразделений, формирование межмуниципальных управленческих структур, независимых от самих структур. С точки зрения чиновника от такого переустройства одна выгода. Не надо строить на периферии дороги, тянуть электрические и газовые линии, компенсировать траты на местные автомобильные, железнодорожные, авиационные перевозки. Если Россия в целом не конкурентоспособна на мировом рынке, то сделаем конкурентным хотя бы Большую Москву или Большой Петербург. Вся остальная территория по мере доступности должна стать лишь питательной средой для развития и поддержания таких мегаполисов.

Популярность: 19%

Оставьте комментарий

*
Спасибо за ваш комментарий.
Anti-Spam Image