июля
19

wwaumwhs-xehy-071Провинциальный городок Весьегонск,  прилепившийся к берегу Рыбинского моря на северо-востоке Тверской области, в сознании большинства современников отождествляется, прежде всего, с книгой или фильмом «Весьегонская волчица».

Впрочем, и в самом Весьегонске рекламных щитов и баннеров со словом «Волчица», приглашающих на охоту, рыбалку или просто на отдых, предостаточно. Еще, пожалуй, город известен винными турами. Местный винзавод, основанный в 1914 году купцом Ефремовым и в советское время ставший лидером по производству плодово-ягодных вин, нынче пользуется особой популярностью у туристов. Посещение его, разумеется, с дегустацией продукции, стало изюминкой программы многих речных круизов.

Редко кто в связи с Весьегонском вспомнит Александра Ивановича Тодорского, чья книга «Год с винтовкой и плугом» была отмечена Лениным. А о чем книга и кто такой Тодорский, уже почти никто и не знает.

После дегустации туристов иногда завозят в местный краеведческий музей. Те со скучающим видом бродят по тесным залам, скользя взглядами по многочисленным самоварам и чиновничьим мундирам, не понимая, зачем им это надо. Смотреть здесь действительно нечего.

А ведь он мог стать Музеем Эпохи Революционных Потрясений Русской Провинции.

Он создавался в 1919 году. В ту пору полным ходом шла национализация культурных ценностей и предметов быта из бывших помещичьих имений. В Весьегонске ее проводила специальная конфискационная комиссия во главе с комиссаром Иваном Евгеньевичем Мокиным. За короткий промежуток времени ею было собрано около 2 тысяч экспонатов, в основном дворянского быта —  оружие, иконы, живопись, в том числе западноевропейская. Все это богатство свозилось в одноэтажный каменный дом купца Богомазова. В этом доме музей существовал вплоть до затопления города водами Рыбинского водохранилища. Сюда же была свезена и богатейшая библиотека Федора Измайловича Родичева, чье родовое поместье находилось в Весьегонском уезде.

Вообще о Родичеве надо сказать отдельно. Член Государственной думы всех четырех созывов (с 1906 по 1917 годы),  он стал одним из основателей партии кадетов. После Февральской революции какое-то время был комиссаром Временного правительства по делам Финляндии, выступал против её свободного отделения от России. Был сторонником ведение войны до победного конца. Ратовал за организацию блока кадетов с казачеством на выборах в Учредительное собрание. Поддержал выступление генерала Корнилова. Осенью 1917 года был избран членом Временного совета Российской республики, затем членом Учредительного собрания. Именно он на заседании Третьей Думы 7 ноября 1907 в споре с премьер-министром Петром Столыпиным назвал виселицу «столыпинским галстуком». Потом, правда, принёс извинения, мол, совершенно не имел в виду оскорбить главу кабинета и искренне раскаивается в своих выражениях, которые не так были поняты. Столыпин извинения принял, но руки депутату при этом не подал. Родичев же был лишен права участвовать в работе Думы на 15 заседаний.

После прихода к власти большевиков Родичев подвергался аресту. Жил в Петрограде, скрываясь на квартирах друзей. В сентябре 1918 выехал на юг России, был членом Совета государственного объединения России и Всероссийского Национального центра. В 1919 командование Добровольческой армии направило его в Сербию, где Родичев агитировал за создание сербских легионов для участия в борьбе против большевиков. В 1920 являлся представителем Добровольческой армии в Польше.

В эмиграции жил в Париже, был товарищем председателя парижской группы Партии народной свободы. Затем переехал в Лозанну, отошёл от политической деятельности. Сильно нуждался, получал пособие Красного Креста и материальную помощь от друзей.

Вот какая история.

Еще Весьегонск связан с Софьей Перовской. В 1874 году после недолгого заключения в Петропавловской крепости она была выпущена на поруки отца и уехала к знакомому врачу С. М. Шорму, служившему в ту пору в Весьегонском уезде. Вторично бежит сюда в 1879 году. За два года до убийства царя и смертной казни на виселице на плацу Семеновского плаца в Петербурге. В это время она уже активный член революционной террористической организации «Земля и воля». Живет в Весьегонске под фамилий Елены Федоровны Борщевой в доме некой Малиновской.

Но вернемся к музею. Членом коллегии его был и Александр Иванович Тодорский, редактировавший в ту пору районную газету. Именно он подписывал обращение членов коллегии к жителям города и уезда по поводу организации музея. В нем говорилось, что «... музей может воспитывать... в музее мы будем видеть ошибки наших предков, и будем учиться тому хорошему, что было в прошлой жизни и что почему-либо забыто. Музей же поможет нам, что хорошего и достойного внимания есть в нашей природе, около нас. Музей будет маленьким, но полным снимком всего Весьегонского уезда. ...».

«Снимок» этот безвозвратно исчез, как исчезла и уникальная библиотека Родичевых, большинство других экспонатов, собранных по усадьбам и монастырям комиссаром Мокиным. Исчезла и память о самом комиссаре. Как сложилась дальнейшая судьба Ивана Евгеньевича: сгорел ли он в пламени гражданской войны, был ли репрессирован и расстрелян, погиб ли в лагерях или сделал карьеру, никто в Весьегонске нынче не знает. В музее остался лишь одна фотография, где он запечатлен вместе с другим основателем и охранителем музея — Александром Виноградовым.

Имя Виноградова и носит сегодня краеведческий музей города Весьегонска. На доске с портретом Александра Александровича, которая теперь украшает фасад музея, сказано: «Краевед, организатор и руководитель музеев в Весьегонске и Горской средней школе, заслуженный учитель школы РСФСР, автор работ по археологии и истории Весьегонского уезда, собиратель фольклора».

Но для Весьегонска он больше, чем просто учитель и краевед. Это легенда, заслуживающая если не отдельного музея, то отдельного зала в музее. Кстати, именно ему музей обязан спасением той части экспонатом, которой он сегодня располагает. Родился он в 1883 году в деревне Кишкино Любегощской волости в семье крестьянина. После окончания сельской начальной школы уехал в Петербург, работал на Невском судостроительном заводе и одновременно учился в вечерней школе, успевая при этом посещать лекции выдающихся учёных. После окончания школы успешно сдаёт экзамены… на звание учителя и в 1909 году возвращается домой. В 1915 году заканчивает педагогическое отделение Московского Коммерческого института и Московский археологический институт.

Работает учителем в Горской сельской школе, затем в уездном отделе народного образования. Организовывает «Общество по изучению местного края» и вскоре становится первым заведующим музеем. Был близко знаком с Луначарским, Демьяном Бедным, Крупской. Желая хоть как-то поправить бедственное положение учителей — не хватало хлеба, обуви, мануфактуры, керосина, прочих предметов первой необходимости — отправляется ходоком в Москву, и 27 февраля 1920 года по ходатайству Крупской был принят в Кремле Лениным. Ленин заверил его в том, что учительство всегда смело может рассчитывать на поддержку советской власти. И написал в компрод записку об оказании помощи учителям. Наркомпрод издал соответствующее указание.

Правда, помощи весьегонские учителя так и не дождались. Местные «коммунисты, дискредитирующие власть», обиделись на то, что учителя обратились к Ленину через их голову. Чиновники и тогда были чиновниками. Ничего с тех пор не изменилось. Виноградов, оказавшись в страшно неудобном положении, вдрызг рассорился с местной властью и уехал учительствовать в Ярославль. Затем по  рекомендации Крупской, Бонч-Бруевича, Демьяна Бедного работал в учебных заведениях Москвы и Подмосковья. Но жить в Москве было негде, и это вынудило его вернуться в Весьегонск.

С 1924 по 1958 год Александр Александрович работал в Горской школе. Создал свой школьный краеведческий музей, кстати, первый школьный музей в России. Он и спасет потом музей большой — детище комиссара Мокина и редактора Тодорского.

В 1954 году краеведческий музей Весьегонска закрыли вторично.

После войны в городе не хватало школ, а здание, где располагались уникальные экспонаты, когда-то школе и принадлежало. Власти полагали, будет правильнее отдать его под школу. А про музей забыли. Когда спохватились, было уже поздно, музей начали разворовывать. Чтобы как-то оправдаться, чиновники придумали, будто работа тогдашнего директора музея Е.П Герасимовой была неудовлетворительной.  В результате часть экспонатов уничтожили, остальные раздали другим музеям области. Часть ценностей -предназначенные для уничтожения книги, папки с документами, ценные фотографии -Герасимова втайне от комиссии спрятала на чердаке своего дома. В принципе, это был гражданский подвиг. Но о самой Герасимовой и ее дальнейшей судьбе сегодня в Весьегонске тоже никто ничего не знает.

Виноградов писал знакомому: «Весьегонского музея больше не существует. Не существует и библиотеки его, которая была собрана в нём и представляла большую научную ценность,... Музей разнесён на клочки в моё отсутствие. Я, проживая в 30 километрах от Весьегонска, узнал о набеге на него в день ограбления; немедленно отправился в город, но коллекция уже находилась в вагонах железной дороги. Часть вещей мне удалось задержать и сейчас они разместились в нашем школьном краеведческом музее, при Горской средней школе...».

Эта-то часть, а также экспонаты школьного музея деревни Гора и то, что было спасено Герасимовой, стало базой для воссоздания краеведческого музея города Весьегонска в1967 году.

Существует легенда, что Виноградов в тот год специально ездил на прием к министру культуры Фурцевой, представившись ходоком к Ленину. Факт этот нигде документально не подтвержден, но вполне мог быть, это в характере Александра Александровича.

Музей был открыт.В нем даже есть чучела животных. Снежного барса, вывезенного конфискационной комиссией комиссара Мокина из какой-то дворянской усадьбы. И медведя, украшавшего в свое время школьный музей деревни Гора.

Чучела весьегонской волчицы в нем пока нет.

Популярность: 16%

Оставьте комментарий

*
Спасибо за ваш комментарий.
Anti-Spam Image